Самое новое

Бататовая каша

Было это в конце годов Гэнкэй, а может быть, в начале правления Нинна. Точное время для нашего повествования роли не играет. Читателю достаточно знать, что случилось это в седую старину, именуемую Хэйанским периодом... И служил среди самураев регента Мотоцунэ Фудзивара некий гои.


Подробнее на tv96.ru
Самое читаемое

Кролик, беги

Мальчики играют в баскетбол вокруг телефонного столба, к которому привинчен щит. Мельканье ног, короткие выкрики. Шарканье и шуршание кедов по гравию катапультирует их голоса в высокую влажную синеву мартовского неба над проводами. Кролик Энгстром идет по переулку, на нем строгий деловой костюм, и хотя ему двадцать шесть лет и росту в нем шесть футов три дюйма, он останавливается посмотреть. Для кролика он, пожалуй высоковат, но широкое белое лицо, бледно-голубые радужки, нервное подергивание верхней губы под коротким носом, когда он втыкает в рот сигарету, отчасти объясняют это прозвище, которым его наделили, когда и он тоже был мальчишкой. Он стоит и думает: ребята подрастают, теснят тебя со всех сторон.





Приятного онлайн чтения в нашей онлайн библиотеке!

Отправить сообщение по электронной почте

Отправить сообщение по электронной почте:
Ваше сообщение:
Ваше имя/организация:
Ваш E-mail:
Введите сегодняшнее число, 2 цифры
(защита от спама):


Рекомендуем прочитать:

Хендерсон, король дождя

Тем не менее, мир, который я считал своим гонителем, в конце концов снял с меня свое заклятие. Но, если я хочу, чтобы вы поняли, что погнало меня в Африку, придется обратиться к фактам. Начнем... ну, хотя бы с денег. Я богат. Отец оставил мне наследство, которое, после уплаты налогов, потянуло на три миллиона долларов. Но я всегда считал себя босяком, потому что вел себя как босяк. В то же время, когда дела шли вразнос, я в тайне от других совал нос в разные умные книжки и однажды вычитал следующее: "Отпущение грехов -- постоянный процесс, не требующий толчка в виде праведности". Это изречение меня настолько потрясло, что я все время твердил его про себя, однако начисто забыл название книги. После отца остались многие тысячи книг, причем он не только прочел их все, но и сам написал несколько штук. Я перерыл десятки томов, но не нашел ничего, кроме денежных купюр, которые из них так и сыпались. Дело в том, что отец пользовался ими как закладками, по необходимости вытаскивая из кармана первую попавшуюся пятерку, десятку или двадцатку. Я наткнулся даже на золотые сертификаты тридцатилетней давности. Из уважения к прошлому я сохранил их, даже стал запирать дверь библиотеки, чтобы они не попались на глаза детям. Не один вечер я провел, стоя на стремянке и тряся книжные тома,